Головная боль пришла откуда-то издалека и сразу же захватила большую часть головы. Прораб открыл глаза, темнота не рассасывалась, сильно воняло воблой. Отодрав, наконец, голову от пола, в который он был уткнут носом, он встал и попытался оглядеться. Оглядываться было не на что. Вагончик, он и есть вагончик. В углу у буржуйки мирно посапывал потомственный строитель Вася, а у двери методом "по стойке смирно" спал электрик Федот. Когда глаза приступили к своим обязанностям в полной мере, можно было разглядеть, почему электрик не падал - он был привязан проводами к стенному шкафчику. Голова гудела страшно. Опохмелюгой и не пахло. Выйдя из вагончика на свежий воздух и опустошая мочевой пузырь, прораб попытался вспомнить, что они могли праздновать. День рожденье отпадал сразу, у всех троих он в январе-феврале. Все уже были так или иначе женаты, поэтому некоторые праздники тоже улетучивались. За спортивные игры они не болели - телека не было, а по радио болеть, все равно, что хрен в дупло совать, кайфа нет, одни болевые ощущения, в области чешущихся кулаков. Объект сдать они не могли, он еще не был построен, даже не начинался строиться. Заказчик 5 раз заставлял менять чертежи и этим уже достал всех. Отлив, прораб решил обойти свои владения, вначале просто так, а потом в поисках спиртного. Обойдя вагончик, он не увидел чего-то привычного. А чего вспомнить не мог. Пошатаясь еще минуты две, он вошел (читай - всполз) в вагончик и гаркнул: "Подъем!". Электрик очнулся первым, щелкнул выключателем, пробормотал что-то невнятное про мать Ома и вопросительно уставился на прораба. Вася промычал нечленораздельную фразу про член и совсем упал на пол.
"Что вчера было?",- прораб понял, что это все не к добру. Электрик включил свет, сказал: "Сдохла собака" и повис на своих путах. Так ужраться из-за какой-то собаки?! Это было также невероятно, как и то, что он не знал нот. Он подошел к Васе и устроил ему встряску. Вася встал на ноги, покачался из стороны в сторону и упал. При этом он задел головой печурку и раздался звук, похожий на нижнюю ноту "до". "Видимо вправду собака сдохла", - подумал прораб, сел за стол и вдруг заметил листок. На листке была печать, какие-то каракули и большая надпись "СМЕТА". После нее карандашом было написано "НА", а дальше, какой-то умник дописал слово из трех букв. Смета была испоганена. Но, судя по всему, она уже была оплачена. Голова раскалывалась, как грецкий орех. Тут вдруг возник Вася. Он прошипел "здробрымутромм" и полез в буржуйку. По мановению волшебной палочки он извлек оттуда бутыль с заветной жидкостью и тут же к ней присосался, пришлось отодрать. По мере поступления алкоголя в организм, начали проясняться вчерашние события. Смету оплатили, кирпич они загнали, прыгали с бетонных блоков в корыто с цементом. Но это все не то. Не было ясно причины. Потом причина стала не нужна. Прораб полез поближе к Васе, чтобы выяснить его любовь к нему, но зацепил табурет. Табурет подпрыгнул и ударил его по носу. "::#$", - прорычал прораб - "заказчик-собака!". Электрик выключил свет, пробормотав что-то о сношениях закона Кирхгофа с катушкой легкого поведения. Вася всхлипнул. Все стало ясно. Прораб взглянул на бутылку, на дне копошилась жидкость.
"Упокой его душу".
Отхлебнул.
И вновь провалился в пучину небытия.


(с) JKL!
2.05a.m., 12 may 2001.