***
Что "слово" есть - безвольный материал,
Им истинные чувства не опишешь.
И как бы ты красиво не сказал,
Реальности в помине не услышишь.
Вот классики - толпа избитых фраз,
Тебе их песнь любви - глухое бормотанье.
Они лишь создадут тебе каркас,
Чтоб облегчить душевное скитанье.
Пожар души водою не затушишь,
Водой из слов лишь можно приглушить.
Лицо от слез, ты градусом просушишь
И душу попытаешься залить.

(лето 2001)


***
Обнять тебя, изъяв из мыслей грех
И грусть прогнать, услышав звонкий смех,
Почувствовать душой тепло твоей души,
Я так хочу....

Но я сижу в глуши...

В глуши греховного унынья,
Где света нет и цель уж не видна.
Прогорк от боли, как полынь, я,
А слезы в сердце будто полынья.

Зачем себя загнал я в эту чащу?
Не знаю я, ведь я искал просвет.
Пытаясь выбраться, все чаще
Я стал в себе выискивать ответ.

И я нашел, найдя в лесу поляну,
Где свет небес на землю проходил.
Я вдруг запел, как будто спьяну,
О том, как счастлив я, что полюбил.

О том, что солнце светит, пел я,
Хотя уже давно взошла луна,
О том, что в целом белом, чёрном свете,
Лишь ты нужна мне, только ты одна.

Потом я плакал, в листья зарываясь,
И снова надо мной сгустилась тьма,
То о разлуке мысль пришла, теряясь,
В моих словах: "ты мне нужна, нужна!"

И вдруг застыл я, наблюдая,
Как капелька росы по дереву ползет,
Свое движенье к низу ускоряя,
Хоть зная, что в земле она умрёт.

Я осознал, что был безумно глуп,
Что вряд ли мир украсит хладный труп.
И если будет день, что скажешь ты "прости",
Дай Бог простить тебя, и снова в путь уйти.

Пусть будет путь тернист.
А в сердце - пустота.
Как будто жизни гимназист,
Пойду я в мир со знаньем "Красота".

А утром медленно я встал,
Стряхнув остатки сна,
Я о тебе опять мечтал...
И только старая сосна
Кивала головой в ответ,
Давая свой немой совет:

Любить, пока любовь возможна.
Не сослагать, не думать "можно ль".
А просто жить - любить, любить...

И жизнь свою, и всех, и ту,
Кто в темноте иль на свету
Тебе отдаст себя навек.

Живи с весной, о человек!

(лето-осень 2001-го)

***
Расплылись сумерки туманною равниной,
Холодный свет луны на листья сверху лёг,
На лужах лёд застыл причудливой картиной,
И первою звездой зажегся огонёк.

***
Душой болея, куб, в порыве страсти,
Проклял себя за угловатый нрав.
Он все углы свои разбил на части
И светел стал душой, шаром он став.

***
Если можно было раствориться,
Обещанья все вдруг позабыть,
И с тобою рядом поселиться,
Чтоб касаться, видеть и любить.

(осень-зима 2001)


***
Я ветер в закоулке, воющий по кругу,
Я высушен мечтой моей до дна,
Хочу найти любви своей подругу,
И мне нужна она, и лишь одна...

***
Разбит, разломан, расчехвостен,
Клоки и кровь на белом полотне.
Мой брат в аду, моя сестра во злости,
А я, как шкура волка на стене...

***
Мне нож бы в сердце, вскрикнуть и забыться,
Но братья смотрят, я им здесь нужней.
Пусть сердце срок живет и перестанет биться,
И Волк уйдет, что быть хотел нежней.

***
Гори, гори, моя звезда,
Свети луна полней,
Пусть разбежимся в никуда,
Но в сердце буду с ней.

(21 ноября 2001 года)

***
На остановке-полустанке
Лежали волчие останки.
Он умер на зачатье века,
А хоронили... человека.

***
Слезы - в льдинки,
Душа - в алмаз.
Все по старинке
И весь рассказ.

***
Одни не встречались, другие расстались,
А мы в городах различных остались.
И вроде бы встретились, вроде расстались,
И вроде бы, как бы на этом остались.
И вроде бы, как бы и чем-то похожи,
И как бы милы и, возможно, пригожи.
И вроде бы, как бы, и как бы, и вроде.
Все как бы, а хочется..., хочется тоже
Быть в городе том, где мой призрачный Ёжик.

(22 ноября 2001 года)